В начало
В начало
О программе
О программе

 
Тематические обзоры
Тематические обзоры

Типология регионов
Типология регионов

 
Портреты регионов
Портреты регионов

 
Интегральные
       индексы

Интегральные индексы
 
Грантовая программа
       в регионах

Грантовая программа в регионах
 

Независимый институт социальной политики


<%Language="VBScript" Response.Write "" %>
  <%Language="VBScript" Response.Write "версия для печати" %>

Социальный атлас российских регионов / Портреты регионов


Алтайский край

Социальные преимущества: благоприятные природные условия для личного подсобного хозяйства, ставшего важнейшим источником доходов для сельского населения в переходный период; приграничное положение, позволившее краю в 1990-х гг. получить миграционную “подпитку” из Казахстана; пониженная младенческая смертность и менее проблемные показатели долголетия по сравнению с большинством восточных регионов страны из-за более благоприятного климата; сглаженное отраслевое неравенство в заработной плате и рост доходов населения в последние годы; позитивное влияние близости к «столице Сибири» на развитие высшей школы и СМИ.

Социальные проблемы: высокая дотационность бюджета из-за аграрной специализации края и значительной доли сельского населения; кризисное положение многих предприятий обрабатывающей промышленности и агросектора периферийных районов; незначительное предложение рабочих мест на рынке труда и сохранение повышенного уровня безработицы; низкие доходы населения по сравнению с большинством регионов Сибири и значительная роль социальных трансфертов в доходах; пониженная обеспеченность социальной инфраструктурой, обусловленная обширностью территории и неразвитой сетью городов; наиболее сильное постарение населения среди регионов Сибири, низкая социальная мобильность.


Освоение Алтая началось в XVIII в., но как административная единица с границами, близкими к современным, край был впервые выделен в 1917 г., а окончательно сформирован в 1937 г. Его экономическая история типична для пограничья. Вплоть до середины XVIII в. эта территория находилась на границе сфер влияния России и Джунгарии, что сдерживало ее колонизацию, главными действующими лицами которой долгое время были беглые крестьяне и “вольные” промышленники.

Первый этап хозяйственного освоения связан с добычей и начальными стадиями переработки руд стратегически важных цветных металлов: прежде всего меди, использовавшейся в XVIII при литье пушек, серебра, которое шло на чеканку монеты, и россыпного золота. Легендарный след в истории края оставил А.Н.Демидов, основавший в 1729 г. первый на Алтае Колывано-Воскресенский медеплавильный завод. “Горно-металлургический” этап истории края завершился к концу XIX в., кризис был связан с исчерпанием богатых рудных месторождений, устаревшими технологиями, оторванностью от потребителя.

Земледельческая колонизация Алтая началась в XVIII в. с освоения долин наиболее крупных рек — Оби и ее основных притоков Чумыша, Чарыша, Алея. В первой половине XIX в. колонизация охватила предгорные районы за укрепленной линией, а в пореформенный период вектор сместился на юго-запад региона. Во второй половине XIX в. и, особенно, с началом столыпинской аграрной реформы Алтай стал местом массового притока переселенцев, главным районом колонизации была Кулундинская степь.

Заметное влияние на развитие края оказала двойная система управления, просуществовавшая с середины XVIII в. до 1917 г. На территории Алтая, входившего сначала в Тобольскую, а затем Томскую губернию, действовали, как и во всей империи, уездные и волостные структуры. Однако главную роль с 1747 г. играла администрация Колывано-Воскресенского (Алтайского) горного округа, образованного для управления демидовскими владениями, конфискованными в пользу императорской семьи. Администрация напрямую подчинялась Кабинету, управлявшему царской собственностью. Колониальный характер управления этим «государством в государстве» в конце XIX в. привел экономику края к серьезному кризису. В то же время, отсутствие здесь традиций помещичьего землевладения и выделение в начале XX в. части окружных земель для привлечения переселенцев способствовали развитию сельского хозяйства по капиталистическому пути, быстрому росту производства сельскохозяйственной продукции, превращению края в важный зернопроизводящий район Сибири.

С конца XIX в. начинают сказываться выгоды пограничного положения, долгое время тормозившего развитие территории. Прокладка в конце XIX в. Чуйского тракта и строительство железной дороги (1915 г.) Новосибирск–Семипалатинск с веткой Алтайская–Бийск делают Алтай перевалочной базой товаров из Монголии и Средней Азии. В 1920—1930-х гг. новые населенные пункты возникали в центральной и западной частях региона, вдоль строящихся железных дорог и речных путей.

Начиная с пореформенного периода, почти на сто лет главными отраслями хозяйства Алтая становятся сельское хозяйство и торговля. Великая отечественная война заметно изменила хозяйственный облик края, сюда были эвакуированы более двадцати крупных заводов из Европейской России. На их базе были созданы предприятия, которые определяют современную структуру промышленности. С освоением целинных земель в конце 1950-х гг. сельскохозяйственная специализация края вновь усилилась.

Расселение. Алтайский край – четвертый по численности населения регион Сибири, в нем живет более 2,5 млн чел. Относительно благоприятные агроклиматические условия способствовали сельскохозяйственному освоению края, сельские жители составляли большую часть населения края вплоть до середины 1970-х гг., и в настоящее время их доля остается высокой - 46%.

Сеть городов в крае развита относительно слабо, она формировалась на разных этапах освоения края с заметными временными разрывами. Первые городские поселения — Барнаул и Бийск — и сегодня остаются крупнейшими. В начале 2000-х гг. в агломерации Барнаул–Новоалтайск и Бийске проживало около 70% городского и более трети всего населения региона. Краевой центр возник как горно-металлургический центр на стыке основной транспортной магистрали - Оби и ленточного бора, служившего источником топлива, но позднее сменил специализацию, сохранив административные функцию. Бийск вырос из опорного пункта Бийско-Кузнецкой укрепленной линии на месте слияния Катуни и Бии и начала Чуйского тракта. Остальные города относительно молоды, они сформировались уже в XX в. в несколько этапов (табл. 1). В довоенный период оформились города-местные центры, специализирующиеся на переработке сельскохозяйственного сырья (Алейск, Камень-на-Оби, Славгород, Рубцовск), в военный и послевоенный период появились новые промышленные центры на базе эвакуированных предприятий (Новоалтайск), добычи полиметаллических руд и горно-химического сырья. В 1979 г. получил городской статус центр коксохимии Заринск, в 1982 г. — город-курорт Белокуриха.

Таблица 1. Динамика численности населения городов и сельской местности Алтайского края

Города (с подчиненными городскими поселениями)

Дата основания

Год получения статуса города

Численность населения, тыс. чел.

2005 г. к 2002 г., %

2005 г. к 1989 г., %

2005 г.

2002 г.

1989 г.

Барнаул

1730-е гг.

1771

631,2

667,6

644,9

94,5

97,9

Бийск

1709

1782

227,6

231,2

239,2

98,4

95,2

Рубцовск

1886

1927

160,4

163,1

171,8

98,3

93,4

Новоалтайск

сер. XVIII в.

1942

74,0

73,1

66,7

101,2

110,9

Заринск

1952

1979

50,2

50,4

50,2

99,6

100,0

Камень-на-Оби

1751

1915

45,3

44,4

42,5

102,0

106,6

Славгород

1910

1917

34,8

35,3

35,8

98,6

97,2

Алейск

сер. XVIII в.

1939

28,7

28,6

30,3

100,3

94,7

Яровое

1944

1993

21,0

21,4

21,8

98,1

96,3

Горняк

1942

1969

15,6

15,8

15,8

98,7

98,7

Белокуриха

вторая пол. XIX в.

1982

14,7

14,5

14,4

101,4

102,1

Змеиногорск

1735

1952

11,5

11,6

12,2

99,1

94,3

ЗАТО Сибирский

1980

1995

12,3

12,0

Н.д.

102,5

 

В целом по краю:

2565,6

2607,4

2822,3

98,4

92,4

городское население

1371,4

1386,8

1581,6

98,9

87,7

сельское население

1194,2

1220,7

1240,7

97,8

98,4

Среди алтайских городов преобладают средние и малые, по облику и образу жизни населения схожие с окружающей сельской местностью. С 1989 по 2002 г. доля городского населения сократилась с 58 до 53%, в основном из-за административно-территориальных преобразований (12 из 27 поселков городского типа перешли в разряд сельских поселений), а также сокращения численности населения в большинстве городов края. Положительную динамику сохранили более экономически благополучные города: Новоалтайск (железнодорожное машиностроение), Камень-на-Оби (центр пищевой промышленности, расположенный на трассе к Новосибирску) и курорт Белокуриха.

Плотность сельского населения в крае одна из самых высоких в Азиатской России (7,1 чел. на кв. км), но оно размещено неравномерно. Наиболее плотно заселена приобская полоса и районы, “нанизанные” на дорогу Новосибирск–Новоалтайск–Бийск—Горно-Алтайск, а также отдельные участки предгорий и районы, прилегающие к Южно-Сибирской железнодорожной магистрали.

Сеть сельских поселений сложилась к 1917 г. и еще более уплотнилась в 1920-е гг. В первые послереволюционные годы на ее основе возникли многочисленных мелкие и не всегда жизнеспособные сельскохозяйственные артели и коммуны. Коллективизация, а затем освоение целины способствовали созданию крупных сельхозпредприятий и концентрации сельского населения в средних и крупных поселениях с лучшей транспортной доступностью и обеспеченностью услугами. Современные алтайские села в основном крупные (свыше 500-1000 жит.), хотя с 1990-х гг. процесс укрупнения затормозила естественная убыль населения и миграционный отток. За межпереписной период 1989–2002 гг. средний размер поселения заметно вырос лишь в половине районов, в трети происходит его уменьшение (рис. 1).

Рис. 1. Средний размер сельского населенного пункта в 2002 г., человек

Средний размер сельского поселения сильно колеблется в зависимости от природных условий и удобства транспортного положения. Меньше всего поселения на востоке – в зоне черневой тайги и Салаирского кряжа, а также в отдаленных предгорных районах (Солонешенский, Чарышский район). Относительно невелики сельские населенные пункты на северо-западе региона, где сеть сельских поселений, созданная в ходе интенсивной земледельческой колонизации конца XIX–начала XX в., сохранилась лучше всего. Наиболее крупные сельские поселения – в западном более засушливом целинном ареале, осваивавшемся уже в советский период, в районах, расположенных вдоль Южно-Сибирской железнодорожной магистрали, а также в районах, удобно расположенных “на входе” в Горный Алтай по Чуйскому тракту — наиболее перспективной зоне для развития рекреации (Алтайский, Советский, Бийский районы). Различия в людности сельских поселений влияют на доступность базовых услуг, но в меньшей степени, чем, например, в Центральной России.

Демография и этнический состав населения. Период быстрого роста населения Алтая в XX в., связанный с освоением целинных земель, закончился уже в конце 1950-х гг., после чего начался отток населения, который “съел” почти весь естественный прирост 1970-1980-х гг. В конце 1980-х гг. население за счет естественного прироста слабо росло, а с 1992 г. началась естественная убыль населения. Современная демографическая ситуация близка к средней по стране и почти не отличается от соседних регионов юга Западной Сибири.

В переходный период началась новая волна миграций на Алтай, как и в другие пограничные регионы. Вплоть до 1995 г. естественная убыль перекрывалась внешними миграциями, в первую очередь из Казахстана и Средней Азии (рис. 2). Положительное сальдо миграций сохранялось все 1990-е гг. благодаря пограничному положению и относительно благоприятному климату. Помимо мигрантов из стран СНГ, в край переселялись жители восточных регионов России. Однако с завершением периода стрессовых миграций сальдо стало отрицательным, и с 2001 г. Алтайский край теряет население в миграционном обмене. Такая смена направлений миграций произошла во многих периферийных регионах страны.

Рис. 2. Компоненты динамики численности населения Алтайского края в 1990—2005 гг.

Почти на всей территории края сохраняется естественная убыль населения (рис. 3), за исключением нескольких северо-западных районов. В них проживают российские немцы, традиционно сохраняющие более высокий естественный прирост, а также повышена доля мигрантов из ближнего зарубежья .

Рис. 3. Естественный прирост в среднем в 1998—2002 гг., промилле

В пределах территории края основной миграционный отток идет из периферийных районов, прилегающих к Горному Алтаю и Горной Шории, а также из глубинных районов степного Алтая. Важнейший центр притяжения мигрантов — Барнаул с прилегающими районами, сохраняется небольшой приток в города с лучшей экономической ситуацией, прежде всего в Камень-на-Оби, Белокуриху и Заринск (рис. 4). Второй по величине и потенциалу город Бийск слабее притягивает население по сравнению с прилегающими к нему районами. Алтайский край отличается незавершенной урбанизацией, поэтому механизм миграций продолжает усиливать концентрацию населения в городах и ближайших пригородах. Благодаря выгодному транспортному положению увеличивается доля населения, живущего в полосе между дорогой Барнаул–Бийск и Обью.

Рис. 4. Миграционный прирост в среднем в 1998—2002 гг., промилле

Возрастная структура населения также близка к средней по стране, хотя общий процесс постарения сопровождался в Алтайском крае более резким сокращением доли детей до 16 лет - с 25 до 16% за 1990-2004 гг. Доля пожилого населения увеличилась несущественно (с 19 до 20%), но в ближайшие годы неизбежен более быстрый рост – в пенсионный возраст входят многочисленные поколения послевоенных лет рождения.

Этнический состав населения. В подавляющем большинстве районов этнический состав населения однороден, в нем доминируют русские. Доля других этносов повышена в пограничных районах: северо-западных, куда еще в годы Столыпинской реформы переселялись выходцы с Украины, Поволжья, Северного Кавказа (в основном украинцы и немцы), а также приграничных с Казахстаном западных районах (казахи). Немногочисленные алтайцы и кумандинцы проживают на предгорном юго-востоке края (табл. 2).

Очаг расселения российских немцев начал формироваться еще во второй половине XIX– начале XX века, в процессе крестьянской колонизации степного Алтая. Вторая «волна» была связана с принудительными миграциями (в основном поволжских немцев) в 1930–1940-х гг. В советский период для немцев существовали ограничения на получение высшего образования, они были расселены в сельской местности, вдали от крупных городов, и несколько послевоенных десятилетий не имели возможности свободно выезжать за пределы района своего проживания. В их социальной структуре преобладали крестьяне, а интеллигенцию представляли в основном учителя и работники социальной сферы. В настоящее время немцы численно преобладают лишь в Немецком национальном районе, созданном в конце 1980-х гг., их доля повышена в соседних Хабарском, Славгородском районах. В 1970–1990-х гг. значительная диаспора сложилась в крупных городах, прежде всего в Барнауле.

Таблица 2. Динамика этнического состава населения Алтайского края, 1989–2000 гг.

Этносы

Численность, тыс. чел.

Доля в населении, %

Районы, с максимальной долей этноса в общей численности населения (%)

1989 г.

2002 г.

1989 г.

2002 г.

Русские

2354,5

2398,1

89,5

92,0

 

Украинцы

75,0

52,7

2,9

2,0

Бурлинский (19), Родинский (17), Славгородский (14), Табунский (13), Романовский, Кулундинский (по 8)

Немцы

126,9

79,5

4,8

3,0

Немецкий национальный (32), Славгородский (17), Табунский (19), Кулундинский (8), Благовещенский, Алейский, Михаловский, Рубцовский (по 7)

Алтайцы и кумандинцы

4,8

3,5

0,2

0,1

Алтайский (0,3), Красногорский, Советский (по 0,2)

Казахи

11,0

9,8

0,4

0,4

Бурлинский (10), Михаловский (6), Угловский (4)

Белорусы

11,3

8,3

0,4

0,3

Табунский (0,9), Кулундинский, Немецкий (по 0,7), Славгородский (0,6)

Все население

2631,3

2607,4

100,0

100,0

 

В постсоветский период этническая однородность населения края усилилась. В результате эмиграции быстро уменьшается численность российских немцев, в кулундинском ареале их проживания происходит постепенное замещение коренных жителей на мигрантов из Казахстана, в основном русских. Сократилась численность казахов, они возвращаются на родину из приграничных с Казахстаном районов края. Снижение численности украинцев и белорусов связано с ассимиляцией и естественной убылью. Но само русское население стало менее однородным в связи с большим притоком русских из Казахстана, их постепенной адаптацией и укоренением.

Экономика. Алтайский край остается индустриально-аграрным, вклад сельского хозяйства в ВРП (20,8% в 2004 г., в среднем по России – 5,1%) равен вкладу промышленности (20,7%). В других регионах Сибири, за исключением слаборазвитых республик и автономных округов, доля сельского хозяйства в ВРП не превышает 9%. Обе базовые отрасли экономики края – промышленность и сельское хозяйство – пережили сильный спад в 1990-е гг. и остаются проблемными в годы экономического роста. Медленно развивается и сектор рыночных услуг, его доля почти на четверть ниже средней по регионам (15,7 и 19,8% соответственно). Как следствие, доля нерыночных услуг (в основном это услуги социальной сферы, финансируемые из бюджета), очень велика – в 2004 г. она составила 16,8%, что в два раза больше средней по регионам РФ. Наиболее схожий по данному показателю регион Сибири – Читинская область, относящаяся к депрессивным. Из-за проблем развития базовых отраслей душевой ВРП края (скорректированный на стоимость жизни в регионе) в 2 раза ниже среднего по стране и все более от него отстает (рис. 5). Как следствие, Алтайский край входит в число депрессивных регионов Сибири, опережая по показателю душевого ВРП только слаборазвитые республики. Его развитие крайне зависимо от федеральной помощи, бюджет дотационен более чем на 50%, поскольку налоговый потенциал сельского хозяйства очень низок.

Рис. 5. Отношение скорректированного душевого ВРП к среднероссийскому уровню, раз

Промышленность Алтайского края в основном обрабатывающая и она оторвана от ресурсной базы, за исключением пищевой отрасли. Как уже отмечалось, машиностроительные предприятия возникли в годы военной эвакуации, они удалены от рынков сбыта и поставщиков, их основные фонды и технологии сильно устарели. Неблагоприятные факторы развития в полной мере проявились в переходный период. Промышленный спад 1990-х гг. оказался более сильным и охватил большинство отраслей, особенно ВПК и машиностроение. Постдефолтный подъем был относительно невысок по сравнению с другими регионами юга Западной Сибири, а его потенциал оказался исчерпанным уже в 2004 г. (рис. 6).

Рис. 6. Динамика промышленного производства в Западной Сибири (1990 г.=100%), %

Рост был во многом обеспечен за счет нескольких отраслей: коксохимии, пищевого и, особенно, мукомольного производства, отдельных предприятий машиностроения (транспортного, энергетического). В промышленности выделяются четыре группы производств, определяющих специализацию края (табл. 3). Традиционная для края пищевая промышленность ориентируется на переработку собственного сельскохозяйственного сырья, предприятия размещены наиболее широко, являясь градообразующими для нескольких городов (Камень-на-Оби, Алейск) и ряда поселков городского типа. Наиболее активен местный бизнес в мукомольной промышленности, но в последние годы она испытывает проблемы сбыта из-за возросшей конкуренции и удаленности рынков Европейской части страны.

Из крупных машиностроительных предприятий, созданных на базе эвакуированных, держатся «на плаву» вагоностроительный завод в Новоалтайске, вагоноремонтный завод и «Сибэнергомаш» в Барнауле. Проблемно положение Рубцовского тракторного и Алтайского моторного заводов, т.к. сельхозмашиностроение удовлетворяло нужды АПК юга Сибири, которое в 1990-е гг. оказалось неплатежеспособным. Приход крупного внешнего собственника – «Сибагромашхолдинга» (с 2006 г. принадлежит концерну «Тракторные заводы»), и расширение лизинга сельскохозяйственной техники должны помочь выходу из кризиса. Однако значительная часть машиностроительных заводов непривлекательна для крупных инвесторов и не имеет перспектив развития. Предприятия ВПК, расположенные в Бийске, лучше адаптировались к новым условиям, чем предприятия Барнаула.

В последние годы более успешно развивается относительно молодая коксохимия (завод в Заринске был пущен в 1981 г.). «Коксохим» ориентируется на металлургию Кузбасса и еще в 1990-х гг. был куплен крупным угольно-металлургическим бизнесом, связанным с Кемеровской областью. В 2006 г. новым собственником стал владелец Новолипецкого металлургического завода. Развитию предприятия помогла благоприятная конъюнктура цен в отрасли в 2003-2004 гг. Проблемно состояние химических производств, не входящих в крупные интегрированные бизнес-группы (Барнаульский шинный завод, завод химволокна). Среди менее крупных производств можно выделить визитные карточки края — ЗАО “Эвалар” и ЗАО “Алтайвитамины” (г. Бийск), выпускающие широкий ассортимент медицинских препаратов, в том числе на основе натуральных алтайских природных продуктов.

Таблица 3. Отраслевая структура промышленного производства, %

Отрасль

Алтайский край

Справочно: РФ

1997 г.

2004 г.

2004 г.

Электроэнергетика

22,9

16,4

10,7

Черная металлургия

4,6

14,8

11,8

Химия

12,8

11,2

5,9

Машиностроение

25,8

22,1

18,9

Пищевая

16,2

16,3

12,5

Мукомольная

6,3

12,0

1,2

Прочие

11,4

7,2

39,0

Наиболее крупные промышленные центры с советских времен — Барнаул и Бийск, в 2002 г. они вместе давали более половины промышленной продукции, следом шел Заринск (рис. 7). Однако рост цен и объемов производства в металлургии позволил Заринску с 2004 г. выйти на второе место (15%), которое он удерживал и в 2005 г. В 2005 г. немного выросла доля Барнаула (39%), а вклад Бийска снизился до 12%. Относительно высокая доля, приходящаяся на остальные административные районы, связана с разбросанными по всему краю предприятиями пищевой промышленности, а также небольшим горно-добывающим производством (добыча и обогащение полиметаллических руд в г. Горняк) и основной химией (Яровое, Степное озеро, Малиновое озеро, Бурсоль). Вне городских поселений в Рудном Алтае размещаются предприятия каменно-обделочной промышленности (Курьинский район) и по добыче рассыпного золота (Змеиногорский район).

Рис. 7. Доля отдельных городов в промышленном производстве Алтайского края в 2002 г.

Значительная часть городов края монофункциональны, из них относительно стабильно развиваются лишь Новоалтайск с транспортным машиностроением и города крупной пищевой промышленности (Алейск, Змеиногорск). В Заринске возможности трудоустройства на основном предприятии («Коксохим») ограниченны из-за нестабильной конъюнктуры в металлургической отрасли. Спрос на рабочие места, помимо горожан, создают жители Заринского района, в котором сельское хозяйство находится в кризисе. Сохраняется напряженная ситуация на рынке труда третьего по величине города Рубцовска – монофункционального центра сельскохозяйственного машиностроения. Кризисны и небольшие центры горно-добывающей и химической промышленности (Яровое (АО “Алтайхимпром”), Малиновое озеро (Михайловский завод химреактивов), Степное озеро (“Кучуксульфат”), г. Горняк с добычей и обогащением свинцо-цинковых руд, а также несколько центров леспромхозов (п. Многоозерный, Боровлянка, с. Бобровка). Небольшие монофункциональные транспортные центры, обслуживающие нужды слабее загруженных и неэлектрофицированных Южно-Сибирской магистрали и Турксиба, находятся в менее выигрышном положении по сравнению с транспортными узлами Транссиба в Новосибирской и Омской областях.

Среди регионов Азиатской части страны Алтайский край имеет наилучшие условия для развития сельского хозяйства. Это один из крупнейших зернопроизводящих районов страны, выделяющийся твердыми сортами яровой пшеницы. Зерновое хозяйство наиболее развито в центральной части края и дополняется выращиванием сахарной свеклы. На зерновом рынке доминируют переработчики – местные, новосибирские и московские мукомольные предприятия, часть из них уже инвестируют в сырьевую базу, скупая сельхозпредприятия, но процесс идет достаточно медленно. Более жизнеспособные сельхозпредприятия расположены вдоль транспортных магистралей, где крупные перерабатывающие компании приобрели инфраструктуру АПК: элеваторы и приемные пункты для хранения и переработки зерна. Мукомольный и крупяной бизнес (Алтай производит до 20% круп в России) быстрее адаптировался к рынку, местные производители частично консолидировались в три относительно крупных компании, но испытывают дефицит средств для инвестиций, т.к. не входят в крупные холдинги общероссийского масштаба. Конкуренцию с московскими компаниями выдержать все труднее. Так, крупные сахарные заводы уже скуплены московским бизнесом.

Традиционалистская политика поддержки коллективного сельского хозяйства, проводившаяся региональными властями весь переходный период, не принесла желаемого результата, конкурентоспособность сельского хозяйства снижается. Доля коллективных сельхозпредприятий в производстве продукции сократилась с 48% в 1999 г. до 39% в 2002 г. Коллективные хозяйства занимают доминирующее положение в северо-западной части края, плодородной, но более засушливой, это зона высокотоварного и нетрудоемкого зернового хозяйства (рис. 8). В центральных районах, наоборот, большая часть продукции производится в крестьянских и личных хозяйствах населения. В пригородах также повышена доля продукции, производимой в хозяйствах населения, на фоне относительно низкой доли сельско-хозяйственных предприятий. В предгорьях (Чарышский, Солонешенский районы) коллективные хозяйства наиболее слабы, их тяжелое положение обусловлено удаленностью центров переработки и более высокими издержками, а также постарением и маргинализацией населения. Единственная отрасль, находящаяся в этой зоне на подъеме — мараловодство. Однако ее развитие не дает особого эффекта для роста занятости, поскольку отрасль нетрудоемка. Кроме того, частные инвесторы, в основном неместные, предпочитают использовать вахтовые бригады, состоящие также из неместных работников.

Рис. 8. Производство сельскохозяйственной продукции в коллективных предприятиях в 1998–2002 гг.

Фермерские хозяйства играют заметную роль в засушливых районах зерновой зоны, поскольку зерновое хозяйство наиболее рентабельно. Кроме того, в этих районах фермерам легче получить землю: население покидает периферийные зоны и концентрируется в крупных населенных пунктах, сельхозпредприятия испытывают дефицит работников, и, как следствие, появляются резервы земель, конкуренция за которые меньше, чем в центральный районах края. В ландшафтном плане это пространства междуречий и предгорий, более сложные по природно-климатическим условиям.

Рекреация в Алтайском крае испытывает подъем, но устойчивому развитию мешает ее транзитный характер, поскольку большая часть туристического потока устремляется в Республику Алтай. Задача края – максимально увеличить пребывание рекреантов на промежуточных базах на своей территории. Это делается за счет показа достопримечательностей предгорной полосы, в первую очередь объектов историко-культурного наследия. Пока дополнительные доходы от обслуживания туристов, в первую очередь неорганизованных, получают малые предприниматели, обслуживающие транзитные перевозки Барнаул–Горно-Алтайск, а также торговля, в том числе придорожные рынки. Толчка к развитию гостиничного сервиса на территории края туризм пока не дает.

Единственное исключение — Белокуриха, интенсивно развивающийся предгорный бальнеологический курорт межрегионального значения, испытывающий строительный бум, рост цен на жилье и на землю. Сеть санаторно-курортных учреждений расширяется в основном за счет внешних (некраевых) инвестиций, поскольку собственники преимуществено внешние: федеральные компании и организации, новосибирский частный бизнес. Одновременно вокруг Белокурихи быстро разрастается зона частного жилищного строительства, при этом сложно отделить жилищное строительство от дачно-рекреационного. Застройщиков привлекает как уникальные природно-климатические условия, так и возможность получать доход от приема неорганизованных отдыхающих. Особую роль Белокурихи для Азиатской части РФ можно сравнить с районом Кавказских Минеральных вод в Европейской России, и эта роль будет возрастать благодаря уже существующему привлекательному имиджу.

Занятость и рынок труда. Для края характерен пониженный уровень экономической активности населения относительно среднероссийского. Это связано с высокой долей сельского населения, часть которого выживает за счет занятости в нетоварном личном подсобном хозяйстве и не считается активной. Колебания экономической активности в конце 1990-х–начале 2000 гг. показывают неустойчивость экономического роста: вслед за минимумом активности в 1998 г. (58,4%) последовал еще один спад в 2001 г. (60,9%) и только с 2002 г. начался более устойчивый рост (до 64,9% в 2004 г.).

За последние пятнадцать лет в крае произошло абсолютное и относительное снижение занятости в отраслях материального производства. В промышленности сокращение численности было резким — в 2 раза, а в сельском хозяйстве — небольшим, доля занятых даже выросла в середине 1990-х гг. и остается одной из самых высоких в стране (табл. 4). В промышленности сказался обвал отраслей ВПК и крупных предприятий машиностроения, а в сельском хозяйстве смягчающую роль сыграла не только поддержка руководством края коллективных сельскохозяйственных предприятий в 1990-е гг., но и миграционный приток в село. Относительно высокая занятость в сельском хозяйстве косвенно свидетельствует о скрытой безработице и преобладании социальных функций бывших колхозов и совхозов. Помимо низкой заработной платы, мало отличимой от пособий, социальную функцию выполняют и другие виды поддержки. Например, в наиболее кризисных периферийных и предгорных районах население обеспечивается дровами из лесов, принадлежащих сельхозпредприятиям.

Таблица 4. Изменение отраслевой структуры занятых, 1990–2004 гг.

Отрасль

Алтайский край

РФ

тыс. чел.

%

%

1990 г.

1995 г.

2004 г.

1990 г.

1995 г.

2004 г.

2004 г.

Всего

1433,1

1103,1

1107,6

100,0

100,0

100,0

100,0

Промышленность

404,7

264,7

202,4

28,2

24,0

18,3

21,5

Сельское хозяйство

286,8

251,3

226,9

20,0

22,8

20,5

10,4

Лесное хозяйство

6,7

6,4

7

0,5

0,6

0,6

0,4

Строительство

152,9

66,2

52,6

10,7

6,0

4,7

7,9

Транспорт

88,8

64,2

65,3

6,2

5,8

5,9

6,6

Связь

16,5

16,1

1,5

1,5

1,4

Оптовая и розничная торговля, общественное питание

117,2

106,6

169,4

8,2

9,7

15,3

17,2

Информационно-вычислительное обслуживание

2,7

0,4

1

0,2

0,0

0,1

0,3

Общая коммерческая деятельность по обеспечению рынка и операции с недвижимым имуществом

0,9

12,1

0,1

1,1

1,4

Жилищно-коммунальное хозяйство, непроизводственные виды бытового обслуживания населения

52,1

49,2

46,7

3,6

4,5

4,2

4,8

Здравоохранение, физическая культура и социальное обеспечение

77,2

74,9

81,6

5,4

6,8

7,4

7,1

Образование

173,7

115,5

111,8

12,1

10,5

10,1

9,0

Культура и искусство

17,8

21,5

1,6

1,9

1,9

Наука и научное обслуживание

6,2

3,9

0,6

0,4

1,8

Финансы, кредит, страхование

9,1

13,1

14,4

0,6

1,2

1,3

1,4

Управление

35,1

38,7

56,8

2,4

3,5

5,1

4,8

Другие отрасли

26,1

16,5

18

1,8

1,5

1,6

2,2

Общий спад и перестройка структуры занятости был наиболее активными в первой половине 1990-х гг., а к 2000 г. ситуация в целом стабилизировалась. В крае, как и в других регионах, произошла “вынужденная” терциаризация — рост числа и доли занятых в третичной сфере. Однако внутри третичной сферы динамика разная: относительно стабильна занятость в здравоохранении, почти двоекратен рост в торговле, существенно выросла занятость в управлении. Перспективной сферой занятости можно считать туризм и рекреацию, правда, с существенным ограничением из-за ярко выраженной сезонности. В то же время несколько уменьшились число и доля занятых в образовании по причине сокращения числа средних школ и кризиса системы профтехобразования. Дипломированные учителя и преподаватели ищут работу в других секторах экономики. Заметно упала и так невысокая доля занятых в науке, в значительной степени представленной ведомственными институтами, обслуживающими нужды ВПК и АПК.

Динамика безработицы в крае также отражает общероссийские тенденции. Рост безработицы в середине 1990-х гг. был замедленным и не отражал реальной экономической ситуации: обвала машиностроения и нарастающего кризиса в сельском хозяйстве. Пик безработицы (16,1%) пришелся на период финансового кризиса 1998 г. Сокращение безработицы в постдефолтный период оказалось неустойчивым (рис. 9), оно сдерживалось проблемным состоянием основных отраслей экономики - машиностроения и агросектора, поэтому уровень безработицы все еще выше среднероссийского.

Рис. 9. Уровень безработицы по методологии МОТ, %

География зарегистрированной безработицы отражает ситуацию в экономике. Наиболее высоки показатели в периферийных районах с кризисным сельским хозяйством и худшей транспортной доступностью. Помимо периферийных сельских районов на востоке и западе края, в 2002 г. к проблемным относились многие города, причем не только периферийные, но и третий по значению промышленный центр - г. Заринск (рис. 10). Проблемы занятости были связаны с нестабильностью работы градообразующего коксохомического завода и ограниченным предложением рабочих мест, но к 2005 г. они смягчились. Однако новые рабочие места все еще немногочисленны, при этом уровень доходов работников «Коксохима» задает высокую планку для всех, кто ищет работу. В небольших городах (Славгород, Яровое, Змеиногорск) повышенная безработица обусловлена депрессивным состоянием ведущих предприятий, но и в городах с более благополучными предприятиями (Алейск) предложение новых рабочих мест минимально, а малый бизнес развит слабо. Однако следует отметить, что после 2002 г., по которому имеются муниципальные данные, ситуация с занятостью в целом улучшилась.

Рис. 10. Уровень зарегистрированной безработицы в муниципальных образованиях Алтайского края в 2002 г., %

Социально-экономическое положение домохозяйств. По соотношению денежных доходов и прожиточного минимума Алтайский край постепенно оторвался вверх от группы «бедных» регионов и в 2004-2005 гг. вошел в состав «срединных». Само среднегодовое соотношение выросло за три года с 150% до 194% (рис. 11). При весьма скромных экономических успехах устойчивый рост был обеспечен возросшими объемами федеральной помощи. С учетом невысокой стоимости жизни в аграрном крае федеральные средства действительно помогли увеличить покупательную способность доходов населения. Существуют и противоположные примеры – в республиках Алтай и Тыва заметного роста доходов не произошло, несмотря на масштабную подпитку из федерального бюджета. Повышение доходов населения края, без сомнения, – позитивный результат, но «фундамент» этого роста трудно считать устойчивым.

Рис. 11. Отношение среднедушевых денежных доходов к прожиточному минимуму в регионах Сибири
(в среднем за год; 2005 г. - предварительные данные), %

Доля заработной платы в структуре доходов населения ниже средней по стране (соответственно 60 и 66%, с дооценкой на скрытую заработную плату), что объясняется аграрной специализацией и высокой долей сельского населения с низкими заработками. По этой же причине велика доля социальных выплат (более 19% доходов населения), почти каждый пятый рубль поступает домохозяйствам в виде пенсий, пособий и других перечислений из бюджета и внебюджетных фондов (в среднем по РФ – 14%). Дифференциация заработной платы по отраслям экономики края меньше среднероссийской, не говоря уже о сибирских регионах с экспортной специализацией. В конце 2004 г. уровень заработной платы в сельском хозяйстве составлял 51% от средней по краю (в среднем по РФ - 40%), в образовании – 79%, здравоохранении – 90% (в среднем по РФ – только 64-69%). Некоторое выравнивание заработков бюджетного сектора типично для бедных регионов, как и отрыв заработной платы управленцев, на Алтае она почти в полтора раза выше средней (145%). Заработки в промышленности, большинство предприятий которой остаются проблемными, ненамного выше средних – 112%, но в более успешных отраслях различия велики: в черной металлургии – 220%, в медицинской – 160%. При четырехкратном неравенстве в заработках между металлургами заринского «Коксохима» и занятыми в сельском хозяйстве Заринского района вполне понятно, почему столь дефицитны рабочие места на комбинате. Неравенство по доходу такое же, как в большинстве регионов юга Сибири: коэффициент фондов (отношение доходов 10% населения с самыми высокими доходами к доходам 10% населения с самыми низкими) составляет более 11 раз, что заметно ниже среднероссийского (15 раз). Таким образом, сглаженное неравенство по доходам и низкий уровень заработной платы – основные черты уровня жизни населения Алтая.

Наполовину сельский тип расселения оказывает влияние и на структуру расходов домохозяйств, в которой понижена доля расходов на продукты питания и услуги (34,5 и 19,4% при среднероссийском уровне – 39,5 и 21,2%) и повышены расходы на приобретение непродовольственных товаров (44,0 и 37,2% соответственно). Но эти сравнения относительны, т.к. в российской статистике сохраняется проблема учета доходов от ЛПХ, поэтому доходы сельского населения чаще всего недооцениваются. Помимо личного подсобного хозяйства есть и другие виды натуральных доходов. Для жителей предгорной зоны края важным подспорьем является сбор дикоросов, кедровой шишки, меда. В районах, где коллективное сельское хозяйство находится в критическом положении, это зачастую основной источник доходов, получаемых ударным трудом всей семьи в сезон сбора.

Статистика заработной платы по муниципалитетам отражает ситуацию только по крупным и средним предприятиям (рис. 12), однако даже несовершенная информация подтверждает различия в экономическом развитии. Рекреационно-туристический бизнес Белокурихи конкурентоспособен, это видно и по максимальному уровню заработной платы занятых в городе, и по ее росту относительно среднекраевой еще в 2002 г. Заринск занимает вторую позицию, и отрыв почти не меняется, несмотря на конъюнктурные колебания цен в металлургии. Заработки в центре транспортного машиностроения Новоалтайске устойчиво выше, чем в областном центре. Отрыв заработной платы в Барнауле не увеличивался, несмотря на преимущества столичного положения и рост заработной платы бюджетников, это следствие проблемного состояния многих промышленных предприятий и недоучета доходов малого бизнеса. Можно отметить и лучшее положение крупного центра мукомольной промышленности Алейска.

Рис. 12. Отношение среднемесячной начисленной заработной платы по отдельным муниципалитетам к средней по краю (данные за 2004 г. неполные), %

Заработки в городах с проблемными производствами отстают от группы лидеров и не отличаются от наиболее развитых сельских районов – Кулундинского, Благовещенского и др. В урожайные годы, например, в 2002 г., заработки в ведущих районах зернопроизводящей зоны и в пригородных районах даже выросли относительно средних по краю. Их устойчивость объясняется сохранением более сильных коллективных хозяйств, более низкими транспортными издержками, конкуренцией переработчиков за сырье, позволяющей сельхозпредприятиям продавать свою продукцию дороже. Слаборазвитые районы предгорной зоны все сильнее отстают по заработной плате от более успешных аграрных районов (в 2,5 раза) и от городов-лидеров (в 3-4 раза). К сожалению, неполные данные по заработной плате в муниципалитетах за 2004-2005 гг. не позволяют выявить скорость разрастания депрессивной периферийной зоны и устойчивость положения более сильных районов в последние годы, не самые благоприятные для агросектора. Однако вполне очевидно, что сельская местность края поляризуется и экономически, и по уровню жизни населения.

Отличительная черта Алтайского края - высокий уровень бедности, в 1,8 раз выше среднего по РФ (соответственно 31,3 и 17,8% в 2004 г.). Несмотря на почти двоекратное сокращение уровня бедности в крае за последние пять лет, отставание почти не уменьшается (рис. 13). Край выделяется в худшую сторону и по сравнению с большинством соседних регионов, за исключением ранее входившей в его состав слаборазвитой республики Алтай. Это еще раз подтверждает, что бюджетными вливаниями данную проблему не решить, необходим комплекс мер по повышению эффективности агросектора, где концентрируется малообеспеченное население.

Рис. 13. Уровень бедности населения в отдельных регионах Сибири, %

Косвенным свидетельством низких стандартов потребления домохозяйств может служит уровень проникновения сотовой связи (рис. 14). По охвату населения край остается аутсайдером, ненамного превосходя соседнюю республику Алтай, имеющую более сложный рельеф для развития сети. Хотя в 2004 г. доля пользователей выросла до 25% от общей численности жителей края, уверенный прием возможен лишь в пределах транспортного коридора Новосибирск–Барнаул–Бийск–Горно-Алтайск (с ответвлением на Белокуриху), т.е. в наиболее плотно заселенной и вовлеченной в рекреационную деятельность зоне. Там же концентрируется платежеспособный спрос на новую услугу.

Рис. 14. Уровень проникновения сотовой связи на 100 человек населения

Социальная сфера и качество среды. В советский период юг Сибири был относительно освоенным и отличался более плотной сетью учреждений социальной сферы, значительная часть которой принадлежала промышленным и сельскохозяйственным предприятиям и финансировалась за их счет. В постсоветский период в условиях хронического недофинансирования началась ее деградация, продолжавшаяся и после передачи «социалки» в ведение муниципалитетов. Усилия властей края были направлены на поддержание самой сети социальных учреждений, но качество и доступность услуг резко снизились.

Обширность территории края при разреженной сети городов и множестве сельских поселений снижали доступность медицинских услуг и в советское время. Сейчас в периферийных районах они все более принимают символический характер. Наиболее сложная ситуация в периферийных предгорных районах, которые по несколько месяцев могут быть отрезаны от основной части края снежными заносами. Особенно затруднено оказание скорой медицинской помощи, иногда только с помощью отряда МЧС удавалось доставлять больных.

Статистика этих проблем «не видит», по обеспеченности койками и медицинскими персоналом край занимает средние позиции, заметно опережая лишь республику Алтай, жители которой также пользуются специализированными услугами здравоохранения в городах края. Средние показатели не должны обманывать, требуется перестройка всей социальной сферы под новые задачи, к этому подталкивает не только деградация социального сферы, но и проблема постарения населения. С конца 1990-х гг. обсуждается возможность создания межрайонных центров медицинских услуг (в дополнение к Барнаулу и Бийску), которые бы предоставляли специализированные виды помощи, ставится задача создания межрайонных центров и в сфере образования. Намечалось также ускоренное развитие сети учреждений соцзащиты, которым планировалось передать часть пустующих помещений бывших детсадов, средних учебных заведений. Развитие новых межрайонных центров особенно актуально с учетом транспортных проблем: железная дорога не охватывает всей территории, пригородное сообщение развито недостаточно, число и частота автобусных маршрутов, особенно на междугородних линиях, сокращается из-за неполной загрузки автобусов. Не только сеть, но и надежность сообщения, особенно в зимний период оставляет желать лучшего. Однако новая территориальная организация услуг пока находится в стадии становления.

Статистика заболеваемости по муниципалитетам мало что объясняет, т.к. сельское население реже обращается в учреждения здравоохранения, а их убогое материальное состояние не способствует выявлению заболеваний. Наиболее высок уровень заболеваемости в крупных городах – Барнауле, Бийске, и в пригородных районах, потому что там имеются лучшие возможности для диагностики. По этим же причинам повышена заболеваемость в Немецком национальном район и г. Славгород, получивших в 1990-е гг. помощь из ФРГ, в том числе и медицинским оборудованием.

Структура заболеваемости населения Алтайского края отличается от общероссийских и окружных показателей повышенной долей новообразований, болезней крови и эндокринной системы. Экологи полагают, что отчасти это связано с влиянием на западную часть края радиационного шлейфа от Семипалатинского ядерного полигона. Кроме того, край входит во вторую десятку регионов по уровню заболеваемости активным туберкулезом (свыше 100 случаев на 100 тыс. населения). Проблема туберкулеза характерна для всей Сибири из-за концентрации пенитенциарных учреждений и неблагоприятного климата, но для Алтайского края эти факторы менее существенны, ведущую роль играют значительный миграционный приток в 1990-х гг. и бедность населения.

Социально-демографические индикаторы более благополучны. Младенческая смертность (12 промилле) ниже, чем в других регионах Сибирского федерального округа, а по ожидаемой продолжительности жизни (59,3 лет у мужчин и 72,4 лет у женщин) край близок к среднероссийским значениям. Более низкая смертность мужчин от внешних причин (травм, отравлений, несчастных случаев) по сравнению с другими регионами Сибири служит индикатором менее сильной алкоголизации.

Барнаул – крупный образовательный центр с полным профилем вузов, они создавались при поддержке ведущего образовательного центра Сибири, поэтому среди преподавателей вузов и научных работников много выпускников новосибирских вузов. Выделяются аграрное направление и классический университет, сильная школа социологов. Однако по числу студентов на 10 000 населения Алтайский край отстает от большинства регионов Сибирского ФО. Во-первых, сильна конкуренция Новосибирска, многие выпускники школ предпочитают учиться в столице Сибири, это перспективно и с точки зрения дальнейшего трудоустройства. Во-вторых, по качеству образования алтайские вузы все-таки проигрывают новосибирским и томским. Низкие доходы населения препятствуют развитию филиальной сети вузов, в которых обучение чаще всего платное. В городах края преобладают филиалы барнаульских университетов, а московские вузы представлены в основном заочными отделениями. Бийский педагогический университет, созданный на базе действующего с 1939 г. учительского института, имеет скромный рейтинг. Часть жителей юго-восточных районов, граничащих с республикой Алтай, обучается в Горно-Алтайском университете.

Жилищная обеспеченность в крае (19 кв. м на человека) ненамного ниже средней по стране. В структуре жилищного фонда доминирует частное жилье, как и в других регионах со значительным сельским населением. Из-за большой доли сельского жилищного фонда уровень благоустройства невысок, на фоне регионов Сибири край выделяется в лучшую сторону лишь по уровню газификации – 64% (табл. 5). Рост цен на ЖКУ стал проблемой не только городского, но и части сельского населения. В сельской местности немало многоквартирных жилых домов, ранее находившихся на балансе сельхозпредприятий. В 1990-е гг. многие жильцы отказались от услуг централизованного водо- и теплоснабжения и перешли на печи-буржуйки, особенно это характерно для периферийных и предгорных районов. Относительно недорогим топливом служат дрова, их выделяют своим бывшим и нынешним работникам сельхозпредприятия, хотя бы частично компенсируя низкие заработки. Это такой же пример натуральной экономики выживания, как и заготовка дикоросов, при этом рубки на дрова ведутся без соблюдения норм лесопользования.

Таблица 5. Структура по формам собственности и благоустройство жилого фонда в 2004 г., %

Структура жилищного фонда по формам собственности

Удельный вес площади, оборудованной

Частный

Государ-ственный

Муници-пальный

Водо-проводом

Кана-лизацией

Газом

Горячим водо-снабжением

РФ

73,5

5,5

20,1

74,8

70,8

70,2

62

Сибирский ФО

74,4

4

20,4

68,6

63,2

34,9

54,8

Алтайский край

88,8

1,7

9,4

68,1

60,9

63,8

39,7

Кемеровская область

75,7

1,9

21,2

83,7

70,5

9,7

63

Новосибирская область

74,6

4,8

19,1

74,5

68,9

31,6

58,3

Омская область

84,7

4,4

9,9

62,2

58,9

91,7

50,7

Томская область

66,7

2,2

30,6

73,8

68

21,1

61,4

Республика Алтай

92,6

2,6

3,8

24,8

23,4

55,1

10

Для малообеспеченных семей рост стоимости затрат на ЖКУ должен компенсироваться механизмом жилищных субсидий. До 2004 г. охват субсидиями был минимальным, что можно объяснить рядом причин: высокой долей сельского населения; живущего в неблагоустроенном жилфонде без коммунальных удобств, сдерживанием тарифов на ЖКУ администрацией края; бюрократическим затягиваниям создания структур, отвечающих за выдачу субсидий. Однако за два последних года охват семей вырос более чем в три раза (рис. 15). Эта тенденция находится в противофазе с большинством регионов, сокращающих число получателей субсидий. Стандартные объяснения, среди которых вынужденно резкий рост тарифов после долгого сдерживания или появление дополнительных бюджетных средств на эти выплаты, не могут дать удовлетворительного ответа - в других регионах та же ситуация, а динамика иная. Предположительно можно выделить две местные причины. Первая – политическая, связанная со сменой региональной власти (в 2004 г. в крае прошли выборы губернатора). Вторая – техническая, объясняющая значительный рост охвата увеличением числа получателей небольших и недорогих для бюджета субсидий на твердое топливо (дрова); эти семьи также учитываются как получатели жилищных субсидий. Если вторая причина верна, то это позитивный знак постепенного снятия с сельхозпредприятий груза унаследованных социальных функций и перехода от натуральных обменов «экономики выживания» к использованию нормальных механизмов социальной защиты.

Рис. 15. Доля семей, получающих жилищные субсидии, %

В целом социально-экономическое развитие Алтайского края – срез всей страны без ее нефтяного «спасательного круга». В регионе сочетаются растущие трудности выживания периферийных сельских районов и формирование сильного зернового и зерноперерабатывающего рынка, деградация многих промышленных предприятий, заброшенных в Сибирь в годы войны и технологически устаревших, конъюнктурные «качели» в развитии предприятий, обслуживающих экспортные отрасли, и успешная адаптация немногих обрабатывающих производств; консервативные предпочтения и сельский образ жизни большинства населения с активным «образованным классом» и СМИ краевого центра. Только неравенство доходов несколько меньше, как и должно быть при отсутствии нефтяной скважины или алмазов. Портрет Алтайского края вновь показывает, что главная черта современного российского пространства на всех его территориальных уровнях - поляризация развития. Это свойство долговременно и не зависит от цены на нефть.

Интегральные индексы. По всем интегральным индексам край устойчиво занимает места в шестом-седьмом десятке регионов. Среди компонентов ИРЧП (в 2001 г. — 63 место, в 2000 г. — 58) край выгодно выделяется лишь по ожидаемой продолжительности жизни, что связано с более благоприятными по сравнению с другими регионами Азиатской части страны природно-климатическими условиями. Обратная сторона такого “южного” по сибирским меркам положения — больший вес сельского населения, и, как следствие, более низкий уровень душевых доходов и образования. Те же особенности края проявляются и кризисном индексе качества жизни (57 место). Скромная доля городских поселений в численности населения края обуславливает и их невысокое значение индекса инновационности — 62 место. В индексе демократичности (57 место) просматривается две особенности региона, который в прошлом тяготел к левоориентированным территориям: в целом невысокий уровень развития политических институтов, и, одновременно, наличие регионального самосознания, проявлявшегося при голосовании за своего “коренного”, земляка, пусть и не всегда удобного для федерального центра.


  
 
Новости | Об институте | Научные программы | Публикации | Региональная программа | English